Высшее образование

Евреи в высших учебных заведениях Российской Империи


В 1859-1861 гг. евреям, имевшим высшее образование – "лучшим" евреям было разрешено проживать на всей территории России. Существование в Российской Империи "черты оседлости", ограничения в выборе профессии и традиционный интеллектуализм привели к тому, что получение образования укрепилось в сознании российских евреев, как одна из высших ценностей. Для очень многих – просто высшая. Кроме того, у евреев была религиозная культура, которая продвигала всеобщую грамотность – по крайней мере, для мужчин – и культуру, которая уважала книжные знания. Эти отношения и склонности переносились из религиозных текстов в светские формы образования. В результате, евреи были ориентированы на образование и были согласны отложить получение сиюминутных удовольствий и доходов, чтобы потом получить их больше.


alt

Студенты. Конец 19 - начало 20 вв.


В 50-60-х годах XIX века отношение евреев к "гойской" науке существенно изменилось, число евреев, поступавших в высшие учебные заведения, стало быстро увеличиваться. Именно приход в высшую школу в 1860-х годах сотен евреев ознаменовал начало процесса модернизации российского еврейства. Встречая со стороны родителей резкий отпор в стремлении к просвещению, еврейская молодежь даже в самых глухих городишках тайком уходила из дома, нередко с небольшим узелком и без всяких средств к существованию, чтобы учиться. Вдруг стало выясняться, что желание учиться у молодых евреев в среднем даже значительно больше, чем у их христианских сверстников: вопросов вроде "Зачем учить географию, ведь извозчики везде довезут?" (Фонвизин "Недоросль") у них обычно не возникало. В отличие от многих народностей империи, евреи стремились к образованию. В иных местах это приводило к тому, что еврейский состав высших учебных заведений достигал более 50%. Диплом университета давал в России право жительства повсюду в империи и право службы по любому ведомству. Евреи с высшим медицинским образованием (врачи и провизоры) имели право "повсеместного жительства, независимо от того, занимаются ли они своей специальностью или нет". Все окончившие высшие учебные заведения могли "заниматься торговлей и промыслами" и "причисляться к купечеству без предварительного пятилетнего пребывания в первой гильдии в черте оседлости", как это требовалось от купцов. "Евреи, имеющие степень доктора медицины", могли служить по любому ведомству по всей Империи, иметь приказчика и двух слуг из единоверцев, выписывая их из "черты". Право повсеместного жительства и торговли имел и еврейский медицинский персонал без высшего образования (зубные врачи, фельдшеры, акушерки). Правда, с 1903 года поставлено было условие, чтоб они всё же непременно занимались своей специальностью. Таким образом, евреи с высшим образованием и специальностями медицинского характера, помимо личного права проживать вне черты, могли давать такое же право еще нескольким евреям.


С начала XIX века до 1880-х годов самодержавие поддерживало учебу еврейской молодежи в русской средней и высшей школе, рассматривая это как один из основных факторов ассимиляции. К 1881 году в некоторых гимназиях, например, Одесского учебного округа, евреи составляли уже до 75% учащихся; быстро росла их составляющая часть и в ВУЗах страны. Появившаяся угроза значительного потеснения евреями христиан в учебных заведениях стала вызывать неудовольствие в русском обществе: уже в конце 1878 года минский генерал-губернатор направил царю письмо с предложением ввести процентное ограничение евреев-учащихся, причем одним из выдвигавшихся аргументов было подключение многих образованных евреев к революционной деятельности. Однако введена процентная норма была лишь в 1887 г. уже правительством Александра III и приблизительно соответствовала доле евреев в населении: 10% в черте оседлости и 3% за ее пределами.


В 1882 г. была введена пятипроцентная квота при приеме евреев в Военно-Медицинскую академию, петербургский Горный институт, десятипроцентная квота приема в харьковский Технологический институт, полностью закрыт доступ в харьковский Ветеринарный институт.  В 1887 году для учебных заведений Петербурга и Москвы процентная норма составляла 3%, для городов за пределами черты оседлости (в том числе и в Киеве) – 5%, внутри "черты" – 10%. Ее надлежало вносить в уставы средних и высших школ, пользовавшихся правами государственных учебных заведений (которые предусматривали важные для выпускников льготы при прохождении воинской службы, при зачислении на государственную службу). В отдельные годы после установления процентной нормы приема евреев совершенно не было, поскольку норму исчисляли не от числа поступающих, а от общего количества числящихся в данном учебном заведении евреев.


В 1901 г. уменьшили процентную норму при поступлении в университеты, в консерватории и Академии художеств.  Без ограничений для евреев были открыты многие частные учебные заведения, например, Психоневрологический институт профессора В. Бехтерева, Вольная высшая школа П. Лесгафта. В либеральный период 1905–1907 гг. советы профессоров российских университетов принимали евреев  с превышением процентной нормы, а иногда и вовсе без ограничений. В результате число евреев-студентов в эти годы возросло в несколько раз.


В 1863 г. в одесских гимназиях обучались 128 евреев. В 1870–80-е гг. количество еврейских учащихся возросло. После введения процентной нормы в 1887–91 гг. число евреев в средних школах Одесского учебного округа сократилось на 48%. В Новороссийском университете в 1886 г. было зарегистрировано на медицинском факультете 30,7% студентов-евреев, на юридическом — 41,2%, после введения процентной нормы количество еврейских студентов сократилось. Оно вновь возросло в 1906 г. (764 человека), после того, как в 1905 г. университеты получили автономию и отменили процентную норму, восстановленную, однако, правительством в 1907 г.



Студенты. Конец 19-начало 20 вв.


Харьковский университет, созданный вторым в России после Московского, как магнитом притягивал еврейскую молодежь. Первый иудей стал харьковским студентом ещё в 1814 году. Здесь же получил диплом офтальмолог Макс Мандельштам (1860) – будущий сподвижник Теодора Герцля. Евреи рвались к знаниям, составив 28% всех студентов Харьковского университета в 1886 году (на медицинском факультете среди студентов было 41,5% евреев). Процентная норма 1887 года ударила в первую очередь по Харькову: Университету запрещалось принимать более 5% "лиц иудейского вероисповедания".


Обычно количество претендентов-евреев превышало норму, и происходил драматический отбор. Ладно еще, если бы при этом принимались в расчет только знания и способности. Но все знали, что зачастую происходил конкурс родительских кошельков, – чья взятка больше. Эта проблема нашла живой отклик не только в еврейских кругах, но даже и в жандармерии. Бывший начальник Киевского губернского жандармского управления Василий Новицкий вспоминал о своей беседе с вице-министром просвещения Григорием Зенгером: "Я ему откровенно сказал, что по достоверным сведениям, по сведениям, не подлежащим никакому сомнению, поступление евреев в гимназии сопровождается громадным взяточничеством гимназического начальства с родителей и родственников за прием в число учеников и доходит от 300 до 700 рублей с ученика (в те времена – полугодовой бюджет средне обеспеченного семейства), что, в общем, страшно озлобляет евреев, наплыв которых во всевозможные противозаконные общества идет с невероятною быстротою, натиском и большою численностью, и что необходимо принять неотлагательные меры пресечения этого по министерству просвещения во что бы то ни стало, в особенности по г. Киеву". Зенгер, однако, ответил с милой улыбкой: "К сожалению, это везде так делается".


Иногда наступала либеральная полоса, когда на перебор "процентной нормы" руководители образовательных заведений и учебного округа смотрели сквозь пальцы. Но потом начальство спохватывалось и приказывало навести порядок. Легко себе представить, к примеру, состояние евреев-абитуриентов, которые вдруг узнавали, что количество вожделенных вакансий в университете резко сокращено и что многим из них после гимназии уже некуда деваться, – разве что ехать учиться за границу. Такое положение сложилось, в частности, в Киевском университете в 1880-х годах. Нечто похожее происходило в 1907 г. в Киевском политехническом институте. Вначале институт счел возможным принять некоторое количество евреев сверх "нормы" в качестве слушателей вне отделений. Но когда юноши уже втянулись в учебный процесс, вдруг последовало распоряжение всех "лишних" из института отчислить. Выдающийся ученый и педагог, автор многих учебников, один из основателей АН Украины Степан Прокофьевич Тимошенко в своей книге "Воспоминания" писал: "...в Киевском политехникуме поводом к разногласию с министерством послужила ограничительная норма для приема в институт евреев. Для Киевского политехникума была установлена норма в 15% от общего числа принимаемых студентов. После 1906 года Правление института перестало считаться с этой нормой и число студентов-евреев к 1910 году значительно превысило установленную норму. Министр настаивал на увольнении принятых сверх нормы евреев, а правление не спешило с выполнением этого требования и все оставалось по-прежнему. Кончилось тем, что три декана института, в том числе и я, были в начале февраля 1911 уволены из института и оказались сразу и без жалованья, и без казенных квартир, которые они до того времени занимали. Из чувства солидарности левая часть профессуры подала в отставку. Отставка была принята и Политехникум сразу потерял 40% своего профессорского состава".


Другим примером критической ситуации в связи с "процентной нормой" стала реформа устава Киевского коммерческого института. Он был основан в 1906 году по инициативе Митрофана Довнар-Запольского, профессора-историка, известного своими передовыми взглядами. На первых порах институт официально представлялся как частное учебное заведение, хоть и под эгидой Министерства торговли и промышленности. В его первоначальном уставе, утвержденном министерством в мае 1908 г., вообще не рассматривался вопрос о количестве евреев. Сюда сразу же устремилась еврейская молодежь из других городов империи. В списках студентов института значатся имена будущего писателя Исаака Бабеля, прибывшего из Одессы (в ККИ он, как оказалось, обучался под фамилией Бобель); приехавшего из Риги Шломо Вовси, ставшего потом артистом и режиссером Соломоном Михоэлсом; Вольфа Высоцкого из Бреста (всем известен его внук – Владимир Высоцкий). К концу 1911/12 учебного года иудеи составляли примерно 60 % общего числа слушателей института. Но именно в это время власти навязали институту пересмотр устава. Заведению была дана существенная привилегия: институт уравняли в правах с государственными высшими учебными заведениями. Однако новая редакция устава могла быть утверждена лишь при условии введения пятипроцентной нормы для евреев. Таким образом, лишь небольшая часть их могла спокойно продолжить обучение. Остальные оказались перед альтернативой: либо переходить в православие (к лету 1913 года так поступили 80 человек), либо удовлетвориться статусом вольнослушателя – т.е. слушать лекции "на птичьих правах" в ожидании освободившихся вакансий...



Студенты. Фотография предоставлена Вяземским краеведческим музеем.

Слева - Лев Аронович Вязьменский, справа его друг Николай Степанов, третий-гимназист Вязьменской Александровской им . Императора Александра III гимназии  - неизвестен.


В 1909 году норма была повышена. Для правительственных учебных заведений  установили: 15% в пределах черты, 10% – вне черты оседлости и по 5% в столицах. Отметим, что в начале века большое число российских евреев получали высшее образование за рубежом, так в 1902 году там было 2200 студентов – против 1757, обучающихся в самой России.


Однако "процентная норма" существенного изменения процента евреев, получающих среднее и высшее образование, не внесла. Нашлось много путей и возможностей обходить закон. Одни переходили в лютеранство и, по букве закона, переставали считаться евреями; другие заканчивали учебные заведения за границей и возвращались в Россию; третьи сдавали экзамены "экстерном"; четвертые получали образование в учебных заведениях, на которые "процентная норма" не распространялась (коммерческие училища и ряд частных средних и высших учебных заведений). По данным "Книги о русском еврействе", в 1912 году в Киевском Коммерческом Институте было 1875 студентов-евреев; а в Психо-Неврологическом Институте в Петербурге, как сообщает вышеупомянутая книга, среди студентов были "тысячи евреев".


В конечном результате, за 30 лет существования "процентной нормы" (1887–1917 гг.) процент студентов-евреев (т. е. не перешедших в другую религию и оставшихся в иудаизме) изменился очень мало. В 1887 году средний процент для всей России был 14,5 %, а в 1917 – 12,1 %.


Особым образом вопрос о пребывании евреев решался в творческих учебных заведениях – Музыкальном и Художественном училищах. Здесь "процентная норма" не вводилась. В Одессе в Императорском музыкальном училище число учащихся-евреев в 1910 г. составило 285 человек (59,5%); в Императорском художественном училище – около 300 (60%).


Но возникали проблемы с дозволением на пребывание, например, в Киеве иногородних евреев, которые желали учиться музыке или художеству. Эти проблемы нужно было решать на уровне местного генерал-губернатора – начальника Юго-Западного края. В свое время генерал-губернатор Михаил Драгомиров отмечал: "В Музыкальном училище Киевского отделения Императорского Русского Музыкального Общества (это училище особого устава не имеет), на основании порядка, установленного моими предшественниками, допускаются к приему иногородние евреи с особого каждый раз разрешения генерал-губернатора ..., по ходатайствам Дирекции училища, в тех случаях, когда евреи эти, по предварительном испытании их, будут признаны обладающими музыкальными дарованиями, и с тем непременным условием, чтобы они проживали в Киеве одни, без членов семейств". На тех же основаниях начальник края допускал зачисление приезжих евреев и в Киевское художественное училище, где в 1901–1911 годах директором был Владимир Николаев. Этот выдающийся архитектор и педагог оказался чутким и отзывчивым к нуждам воспитанников иудейского исповедания. Когда в ноябре 1911-го он скончался, ученики-евреи отслужили по нему молебен в Купеческой синагоге.


Доступность образования была настолько жизненно важным требованием для евреев, что все остальные и, в частности, национальные требования бессознательно отодвигались ими на второй план. Отмена соответствующих ограничений после 1917 г. вызвала такой подъем, что даже экономические интересы значительной части еврейского населения (более 30% евреев в конце 20-х годов были лишенцами, т.е., относились к мелкой буржуазии) отступили перед этими стремлениями. В результате, уже в тридцатые годы произошли радикальные изменения в социальном составе, в образовательном уровне евреев. Резкий рост квалификации и народного образования евреев сопровождался разрывом традиционных связей, массовым переселением в большие города и падением влияния религии.


источники...


Список высших учебных заведений Российской Империи

В этой теме размещены в алфавитном порядке списки тех высших учебных заведений Российской Империи, в которых могли учиться наши предки, и отдельно тех ВУЗов, в которых во все времена перед еврейской молодежью были захлопнуты двери



подробнее...

Императорские Университеты

Университеты первоначально име­ли значение корпораций уча­щихся и учеников и были организованы на началах полного самоуправ­ления, а впоследствии видоизме­нились в высшие обра­зова­­тельные учреждения, разде­лённые на фа­куль­теты, в которых система­ти­чески объединено изуче­­ние от­­дель­ных отрас­лей знания. В уни­верси­тетах не только препода­ют нау­ку, но и разви­вают её, и в этом заключа­ется одно из самых глав­ных отли­чий их от шко­лы. Свобод­ные рассад­ники зна­ний, универ­ситеты, как показы­вает их исто­рия, дости­гают наиболь­шего процве­тания в те эпохи, когда их науч­ная жизнь не подвер­гается стро­гому контро­лю со сторо­ны церкви или государ­ства. Универ­ситет не может существо­вать без свободы препода­вания и учения. Он - как бы самостоятельное государство, в котором профес­сора и сту­денты объеди­нены слу­же­нием науке.


История русских университетов начинается открытием универ­ситета в Москве 12 января 1755 года; во главе его сто­яли 2 кура­тора, кото­рые в действи­тель­ности и управ­ляли универси­тетом, несмотря на даро­ванное само­управ­л­ение. Положе­ние уни­вер­ситета до эпохи Александра I было очень печальное и в на­уч­ном, и в материальном отно­ше­ниях. В начале цар­ствования Александра начи­на­ется сравни­тельно блестя­щий период су­ще­ство­­вания русских универ­сите­тов.



Московский университет. Открытка



подробнее...

Зарубежные Университеты

Постоянно действовавшим факто­ром выталкивания за границу российской интеллигентной моло­дежи была правительственная на­циональная политика в сфере выс­шего образования. Ее "ударным" направлением был "еврейский вопрос".


Царское правительство пыталось всемерно сократить в высших учебных заведениях численность студентов-евреев, за которыми прочно закрепилась репутация неспокойного оппозиционно-ре­во­лю­ционного элемента. В 1887 г. в высших учебных заведениях ведомства Министер­ства народ­ного просвещения, в качестве щита от бесконтрольного проник­новения в них евреев, для последних были установлены количественные квоты в студен­ческом контингенте: 10% - для высших учебных заведений, рас­положенных в "черте оседлос­ти", 5% - для нахо­див­шихся вне ее, 3% - для столичных. Этот же нор­миру­ющий порядок, правда, в различных процентных вариациях, был принят и прочими ведом­ствами, под крылом которых действовали и высшие школы. Юноши "иудейского вероис­по­ве­дания" вовсе не допускались в высшие учебные заведения Мини­стерств путей сообщения, юсти­ции, военного (исключая Военно-медицинскую академию). Им был закрыт путь также и в Московский сельскохозяйствен­ный, Петербург­ский электротех­нический инсти­туты.


В итоге еврейская часть россий­ской студенческой диас­поры в различных европейских странах была едва ли не самой внуши­тельной по численности.



подробнее...

Технические учебные заведения

Первым гражданским техническим учебным заведением в России стало открытое в 1773 году Петербургское горное училище, впоследствии – Горный институт. В 1810 году открылся Петербург­ский институт инженеров корпу­са путей сообщения, в конце столе­тия ставший центром созда­ния в России железных дорог.


С 70-х годов XIX века производство в России требовало инженеров-универсалов, владев­ших основными производствен­ными технологиями механи­ческого и химического направ­лений. Для подготовки таких специа­листов в 1828 году открыл­ся в ведомстве Министер­ства народного просвещения Петер­­бург­­ский технологический инсти­­тут. Потребности в инжене­­рах-технологах росли, и в 1865 году на программы технологи­­ческого инсти­­тута перешло существо­­вавшее с 1832 года Московское ремесленное учи­­лище, ставшее Московским высшим техническим учили­­щем. В



Здание лабораторий механической технологии волокнистых веществ Императорского технического училища (ныне МВТУ им.Баумана). Построено в 1899 г. Архитектор Лев Кекушев


1885 году открылся Харьковский, а в 1896 году Томский технологи­­ческий институт. Основная масса выпускников технологических инсти­­тутов работала в техни­­ческих подразде­­лениях централь­­ной и мест­­ных влас­­тей, многие из них оста­­вались для науч­­ной работы в своей "альма матер". Особен­­ностью технологи­­ческих инсти­­тутов была мощная физико-матема­­тическая под­­готовка, кото­­рую вели универcитет­­ские профес­­сора. Учащиеся техно­­логи­­ческих инсти­­тутов готови­­лись к деятель­­ности инжене­­ров-исследова­­телей и инжене­­ров-изобре­­тателей.


Однако с 70-х годов в России начался период машинного произ­­водства на паросиловой энерге­­тике, которое для выпуска конеч­­ной продукции стало исполь­­зовать не только первич­­ное сырье, а полуфабрикат и комплек­­тующие изделия, сделан­­ные другими отраслями народ­­ного хозяйства. Инженеры-универсалы уже не справлялись со своими задачами, требовались инженеры узкой специализации. Отдельные выпускники технологических инсти­­­­тутов, используя свой обширный теорети­­ческий багаж знаний, меняли квалифи­­кацию, овладевая либо самосто­­ятельно на производ­­стве новой специаль­­ностью, либо проходили перепод­­готовку в зарубежных научных центрах. Бурный рост промыш­ленности в России в 80-90-х годах XIX столетия не удовлетво­­рялся предложе­­ниями инжене­­ров-спе­­циалистов, поэтому многие государственные и частные предприятия были вынуждены приглашать в Россию иностранных технических работ­­ников, далеко не лучшего качества. Отдельные ведомства России, не удов­летворенные выпускниками технологических институтов, стали открывать монотехнические высшие учебные заведения. Так по ведомству Министерства внутренних дел его Строительный департамент учре­­дил в столице "Институт гражданских инженеров", а Телеграф­­ный департамент "Элек­­тротех­­нический институт". На боль­­шинстве предприя­­тий России ощущалась острая нехватка инженеров-производ­­ственников и инже­­неров по эксплу­­атации машин и сложных инженер­­ных соору­­жений. Учредили свои высшие монотех­­нические учебные заведения и военное и морское ведомства. Между тем народное хозяйство нуждалось в много­­профильных провин­­циальных техни­­ческих учебных заведе­­ниях, обслуживающих соответствую­­щие промышленные и транспорт­­ные регионы.



подробнее...

Еврейские студенческие самопереписи

С конца 19 века студенческие переписи стали непременным атpибутом студенческой жизни. Они представляли собой тематически довольно разнообразные опросы анкетного плана, проводимые самими студентами внутри своего студенчeского сообщества. Отсюда и название - самопереписи.


За период с 1872 г. по 1917 г. было проведено не менее 80 студенческих самопереписей (не только сугубо еврейских) в различных высших учебных заведениях Российской Империи.



подробнее...



Положение университета до эпохи Александра I было очень печальное и в научном, и в материальном отношениях. В начале царствования Александра начинается сравнительно блестящий период существования русских университетов.